«Арвентур» (2015)

Оригинальное название: «Арвентур»
Жанр: мультфильм, фэнтези, экранизация
Формат: полнометражный
Режиссер: Ирина Евтеева
Автор сценария: Ирина Евтеева
Актеры: Сергей Дрейден, Владимир Кошевой, Валентин Цзин, Ян Нэм, Леонид Мозговой, Владимир Аджамов, Юлия Маврина
Оператор: Валерий Мюльгаут
Композитор: Андрей Сигле
Художники: Наталья Кочергина, Лидия Крюкова
Монтаж: Тамара Денисова
Продюсер: Андрей Сигле
Длительность: 1 час 20 минут
Язык: русский
Страна: Россия
Производство: студия Proline Film
Год: 2015
Премьера: 23 сентября 2015 года

Картина состоит из двух самостоятельных сюжетов, которые являются частями одной драматической истории, повествующей о непростых «взаимоотношениях» реальности и искусства иллюзии.

Первая часть фильма основана на рассказе Александра Грина «Фанданго». Сюжет строится на противопоставлении реальности: холода, голода, Петербурга 1921 года, и прекрасного ирреального мира живописи. Герой новеллы, благодаря своим духовным устремлениям, попадает в мир картины. Эта история решена в живописно-драматической форме.

Вторая история под названием «Тайна морского пейзажа» взята из даосистской притчи о великом китайском Художнике и Императоре. Император, выросший на картинах Художника, однажды обнаруживает, что настоящий мир и его царство не так красивы и гармоничны, как реальность, изображенная на полотнах. Император не в силах принять всю грязь и ужас грубой действительности. Мастерство и чары Художника отвратили его от всего, чем он владеет, и заставили желать того, что никогда не будет существовать. Император приказывает выжечь старому Художнику глаза и отрубить руки, чтобы он не мог более царить в своем мире прекрасных фантазий. Любимый ученик Художника бросается на защиту учителя. Тотчас ученик обезглавлен. Потрясенному же Художнику Император предлагает перед смертью дописать незаконченную картину. Морской пейзаж. Художник берется за кисти, и случается невозможное: по мере нанесения мазков на полотно картина оживает, Художник садится в нарисованную им лодку и уплывает в свое царство вместе с ожившим любимым учеником. Потому что талант художника дает ему высшее право, недоступное земному владыке, уйти в бессмертие, растворившись в своей картине. Эта история выполнена в жанре анимационного балета.

Интересные факты

Режиссер картины Ирина Евтеева рассказывает о ее создании: «Обычно процесс создания фильма делится на 3 этапа. 1-й период — съемка с актерами, когда работает вся съемочная группа. Как правило, мы работаем очень быстро, потому что съемка в павильонах очень трудоемкое занятие. Картину мы отсняли за 9 дней и 3 года после рисовали уже ее. Работали всем коллективом, делали подробные раскадровки. Потом наступает период, когда я работаю со своим ассистентом. 3 года мы провели за стеклом, соединяя проекции, потому что здесь очень много рисунков. Я не помню сколько их, но страшная цифра, их действительно очень много. После этого начинается очень интересная работа по добавлению звука, чем как раз занимается Владимир Маркович. Фильм был показан во многих азиатских странах, поэтому я с интересом посетила столько удивительных мест. Китай мы снимали на озере Разлив в Сестрорецке».

Награды и номинации

Фильм «Арвентур» собрал коллекцию призов 37-го московского международного фестиваля

Специальный приз жюри фестиваля «Серебряный Георгий» вручен И.В. Евтеевой, режиссеру, сценаристу, художнику, старшему научному сотруднику сектора кино и телевидения за фильм «Арвентур».

Как особо отметила «Литературная газета», «...необыкновенный, рукотворный "Арвентур" питерского режиссера Ирины Евтеевой награжден спецпризом жюри “За особую поэзию в кино”» (http://www.lgz.ru/article/-27—6515-1-07—2015/v-arventur-na-letayushchey-rybe/).

Также И.В. Евтеева награждена жюри NETPAC (традиционно вручает на ММКФ награду за лучший азиатский фильм), которое по итогам мероприятия решило выделить сразу два фильма, разделив награду между фильмами «Арвентур» Ирины Евтеевой и «Будь паинькой» Мипо О.

«Мы решили наградить "Арвентур", потому что это смелый поступок — сделать такой фильм в 2015 году», — заявил глава жюри NETPAC, отметив, что российская картина является прекрасным сочетанием художественного, документального кино и анимации и практически интерпретирует концепцию Вагнера о совмещении жанров (http://svpressa.ru/culture/news/126041/).

Жюри российских кинокритиков, в состав которого вошли Андрей Шемякин, Давид Шнейдеров, Эльга Лындина, Наталья Примакова и Ирина Исмаилова, наградили три картины, в том числе специального упоминания с формулировкой «За неизменную последовательность в отстаивании штучного кино» удостоился «Арвентур» И.В. Евтеевой.

О фильме

Ирина Евтеева раскрыла «Российской газете» некоторые секреты своих удивительных съемок.

— Здесь все и происходило, — показывает Ирина Всеволодовна свою мастерскую. — Вот искусственные цветы, которые мы использовали в фильме (для зрителей они живые), вот корона императора, сделанная мастерами «Ленфильма», а это — его трон, можете посидеть на нем.

— Вы так и не открыли студию?

—Увы, нет — я же не продюсер. Мне раньше и не нужна была своя студия, достаточно мастерской. С 1989 года я снимаю кино на «Ленфильме». Я уже «вросла» в эти стены. Производством «Арвентура» занималась студия Proline Film Андрея Сигле. Но услугами «Ленфильма» мы пользовались: снимали в павильонах, делали здесь звуковую фонограмму и перезапись.

— Ваше кино — дорогое?

— Мое кино малобюджетное, авторское. Я придумываю его, пишу сценарий, я и режиссер, и художник-постановщик, и аниматор.

— Вы впервые представляете полнометражный фильм. Сколько времени ушло на его создание? Помнится, вы говорили, что десять минут анимационного фильма стоят коллективу художников года работы.

— Процесс занял три года. Это дилогия. В основе первой части, «Фанданго», — фантасмагорический рассказ Александра Грина. Она строится на противопоставлении реальности, холода, голода в Петрограде 1921 года — и живописи, иного, ирреального мира, в который попадает герой.

Вторая часть, «Тайна морского пейзажа», — основана на даосской притче о китайском художнике и императоре. Император обвинил художника в том, что его империя не так прекрасна, как на его картинах. Он владеет картинами, но не повелевает творчеством художника...

Арвентур — вымышленная страна, духовный мир, который каждый человек несет в своей душе, вот в эту страну и попадают герои обеих историй.

— Ваши рисунки основаны на съемках реальных пейзажей и реальных актеров. Как это происходило?

—На съемки таких заготовок у нас было всего девять дней — этот этап самый дорогой и ответственный. Три дня снимали в павильоне «Тайну морского пейзажа». Один день был выездной — в Сестрорецк на озеро Разлив, где мы сняли «Китай». Затем сняли «Фанданго». В моей технологии это первый этап, а потом идет основная, анимационная съемка самой картины, где я прорисовываю каждый кадр путем смешивания на стекле разных проекций, световых и цветовых лессировок. Каждая часть прорисовалась больше года. Продолжительность фильма — 1час 20 минут.

— Вы всегда принципиально работали без компьютера, вручную, а тут изменили себе. Требования времени?

—Нет, все по-прежнему вручную. На компьютере просто фиксируются картинки-кадры-фазы. Так удобнее снимать, работа идет быстрее. Я рисую картинку, мы снимаем ее и сразу видим фиксированное изображение. Когда работали на пленке, надо было очень тщательно смотреть в визир камеры, чтобы не пропустить оплошность.

Теперь же сразу виден каждый штрих: как свет падает, где что блестит. Если 10-минутный фильм «Тезей» и 15-минутный «Фауст» я делала 2 года, то сейчас за это время снимаю 90-минутный фильм. КПД выше, возможностей больше.

Мне интересно экспериментировать с движением. Компьютер позволяет пробовать и находить наиболее интересные решения. Проще стало работать с видеотекой. Камера всегда со мной. И нужное мне для фильма состояние природы я могу снять, не привлекая большой коллектив людей. Так, мои путешествия в Египет и Тунис позволили вписать героев "Фанданго" в экзотические пейзажи. Идеальное качество мне не требуется — ведь я работаю с проекциями как художник. Краска становится главным действующим лицом каждой истории.

— Очень красивое кино вы создаете: яркие, красочные, волшебные истории. Почему никто больше не снимает в такой технике?

—Наверное, так не видят. Ведь это фильм-фантазия. Однажды меня спросили — в надежде на красивый ответ: «Эта техника вам приснилась?» Но техника не может присниться. Снится изображение, которое получается в результате, а уж как это сделать?

Собственно, придумывание фильмов совпало с придумыванием техники. В фильме есть море, озеро, виды Петербурга.

— Это реальные пейзажи?

—И реальные, и рисованные. Моя техника в том и заключается: я работаю между натурным кадром и живописным. Реальное изображение обрабатывается, редактируется. Цапли, фазаны, павлины, бабочки, лилии — нарисованы, от меня там добавлено отношение. Работаю на стекле, получая нужное изображение, смешиваю проекции, вмешиваюсь в изображение цветом, светом и объемом мазка.

Моя техника позволяет пользоваться недорогими материалами. Вы видите золото, роскошные ткани — а это на самом деле иллюзия.

— И карета с лошадьми?

Ирина Евтеева: Конечно! Где я возьму настоящую? А вот двор Петербурга и большой сугроб — настоящие. Нам повезло: на студии документальных фильмов долго не чистили свой двор. Был март, зима заканчивалась, сугробы уже грязные, черные, таяли. Мы расстроенные идем по Крюкову каналу. Зачем-то меня повело в подворотню. И я там увидела, как рабочие чистят крышу. Сугроб до третьего этажа! В нем они сделали коридор, на тачках вывозили снег и бросали в канал. Так у нас получилась декорация.

— А роскошные дворцовые интерьеры откуда?

— С кожевенной фабрики на Васильевском острове. Есть там, среди фабричных корпусов, особняк Брусницыных — памятник архитектуры, он в заброшенном состоянии, но кое-где сохранились остатки былой роскоши. Например, потрясающая комната в восточном стиле. Там мы сняли сразу пять объектов. Здесь сказалось мастерство художников-декораторов и реквизиторов.

— У вас постоянная команда?

—Люди золотые! Когда коллектив работает слаженно, понимает друг друга с полуслова — это счастье. Мне повезло: я давно работаю с ленфильмовскими мастерами, суперпрофессионалами. Это художник-постановщик Наталия Кочергина, художник по костюмам Лидия Крюкова. С первой картины со мной удивительный монтажер Тамара Денисова. Она более 60 лет в кино, в 15-летнем возрасте пришла на «Ленфильм», работала с Валерием Огородниковым, Александром Рогожкиным, Кирой Муратовой и многими другими... В нашей команде замечательный звукорежиссер Владимир Персов. Безусловно, я счастлива, что продолжается наш союз с композитором Андреем Сигле, который стал и продюсером этой ленты.

Я осталась без оператора Генриха Маранджяна, классика ленинградской операторской школы, моего учителя, ушедшего из жизни в 2011 году, с ним мы проработали 22 года. Продолжаю работать с прекрасным оператором Валерием Мюльгаутом. Вместе с Генрихом Маранджяном они снимали «Фауста», «Тезея», «Маленькие трагедии»: Валерий снимал заготовки, а Генрих был со мной во время сочинения анимации, то есть целого фильма.

В анимационном процессе со мной работает Хана Кудряшова, выпускница нашей кафедры кино и фотоискусств Института культуры, где я преподаю теорию драматургии и анализ фильма. Работать вдвоем три года в одной комнате — сложно. Это как на космическом корабле. Иногда буксовали, но, в принципе, справились. Я ей очень благодарна.

— И актеры, которых вы любите, верны вам: снимаются из картины в картину.

—В первой части, «Фанданго», главную роль сыграл Владимир Кошевой. В роли Бам-Грана — хореограф, известный танцовщик Владимир Аджамов. Он же ставил артистам движения. Цыган в «Фанданго» изображали его сестра и племянница, так что целый «табор» Аджамовых у нас. Мария Аджамова, к слову, танцует в Мариинском театре.

Потрясающе справился с ролью старого художника Вань Фу Сергей Дрейден. В моем фильме «Петербург» он читал стихи Андрея Белого, в «Маленьких трагедиях» сыграл Скупого рыцаря, Сальери, Командора, и все спрашивал меня с усмешкой: «А теперь кого я буду играть?». Действительно, трудно было представить его в роли китайца, но с помощью замечательного художника по гриму Елены Васильевой возможно все.

Впервые у меня снимался Леонид Мозговой (художник Брок). И очень помогли студенты. Масса народа — это они. Допустим, снималось шесть человек, а у вас будет ощущение — большая толпа. На самом деле я «комбинировала» их на стекле. Фокусов и иллюзий там много...

Андрей Сигле, продюсер, кинокомпозитор, гендиректор кинокомпании Proline Film:

Наш с Ириной творческий союз зародился в начале двухтысячных, когда я писал музыку к ее "Клоуну" с Вячеславом Полуниным в главной роли. После триумфа фильма на Венецианском кинофестивале мы стали постоянно работать вместе. Когда Ирина Евтеева задумала уникальный проект по мотивам произведений Александра Грина, я решил стать не только композитором, но и продюсером "Арвентура". Евтеева для меня в первую очередь — тонкий, чувствующий автор. В ее фильмах всегда уникальным образом сочетаются разные виды искусства: живопись, музыка, литература. Я считаю Ирину Евтееву звездой российского и мирового кино. Об этом говорят и огромное количество международных наград, и постоянная поддержка ее проектов Министерством культуры.

Светлана Мазурова. «Российская газета». — 20.06.2015.

ММКФ: трава из записной книжки

На 37-м ММКФ показали «Арвентур» Ирины Евтееевой — первый из трех российских фильмов, участвующих в основном конкурсе. Название пришло из рассказа Александра Грина. Это страна, им сочиненная.

Ирина Евтеева: «Если человеку очень плохо, надо произнести слово «Арвентур» фото: Светлана Хохрякова

Картина состоит из двух новелл — «Фанданго» по Грину и «Тайна морского пейзажа» по даосистской притче о художнике и китайском императоре, который не может принять реальный мир таким, какой он есть. «Что такое «Арвентур», неизвестно, — говорит Ирина Евтеева. — Но если человеку очень плохо, надо произнести это слово».

Она сняла фильм о взаимоотношении художника, власти и времени. А ее спрашивали, зачем леща покрыли сеточкой майонеза. Почему император в маске вместо лица? Ирина попыталась передать состояния, переживаемые человеком в 20-е годы прошлого века в Петербурге и «на краю времен». Проблемы одни и те же. «На майонезе я настоял. Это мечта о великом, как говорят в рекламе», — взял огонь на себя продюсер и композитор фильма Андрей Сигле. Главные роли исполнили Владимир Кошевой и Сергей Дрейден, которого Евтеева превратила в китайца.

— Вы же лауреатка Венецианского фестиваля. Получили там «Серебряного льва» за фильм «Клоун». Почему не стали ждать решения Венеции и отдали картину в конкурс ММКФ?

— Хотела, чтобы мой фильм посмотрели наши зрители, которые читали Грина. В картине сложная голосовая составляющая. Людям, которые следят за субтитрами, вместо того, чтобы слушать голоса актеров, сложно воспринимать кино. Мне было очень интересно работать со звукорежиссером Владимиром Персовым. У нас говорят по-испански, по-китайски и по-русски.

— Все мы увлекались Грином. Но теперь его многие и не знают.

— Это мой любимый автор с детства. Может быть, после нашего фильма его прочитают. Современным детям нужна визуализация. А Грин очень визуален и фактурен. Как он работает со временем, как у него ломается пространство! Грин же писал в журналах ради заработка, и рассказы у него разные по уровню. Но те вещи, над которыми он долго и тщательно работал, великолепны. Он пошел на войну 1914 года, когда ему было 39 лет. И написал «Алые паруса». Когда все не очень понятно, такие писатели очень нужны.

— Кто-то еще работает в такой же манере, как вы?

— Есть один знакомый марсианин.

— Вот и я думаю, что то, что делаете вы, уникально. Ваши фильмы настраивают на созерцательный лад: смотри и медитируй. Но каждый раз вызывают темпераментные выпады. И сегодня вас призывали к ответу, почему лещ под майонезом.

— Кому-то мои фильмы по душе, кого-то они раздражают. Судьба даровала мне возможность заниматься тем, чем я занимаюсь. Кто-то рисует на холсте, а я — на стекле. Таким образом я познаю то, что вокруг. Теперь я рисую по пять часов в день, работаю гораздо быстрее и меньше выматываюсь, поскольку все собирается на компьютере. Но рисую до сих пор руками. У меня появилась своя камера. Все время хожу с ней, как с записной книжкой. Готовлюсь к фильму по Велимиру Хлебникову и его произведению «Ка». А там много птиц, деревьев, гнезд. С апреля снимала почки, листочки. Мне повезло — весна стояла ветреная. Сирень колыхалась очень красиво, почти одновременно расцвел жасмин, опадали лепестки яблонь, черемуха сбрасывала в речку свой цвет. Образовалась целая фильмотека, о которой я столько мечтала. Раньше брала в Госфильмофонде научно-популярные фильмы, где есть земля, трава. И часто снимала не как я, а как кто-то до меня. Для «Фанданго» я многое сняла в Египте и Тунисе. Пальмы, например. А сосну искала у нас. Был март, все растаяло. А я думала: «Мне нужна зима!». И на следующий день выпал снег. Фантастика!

— А я во время просмотра поняла, что вы — певец Севера. Все, что связано с зимой и снегом, — идеальные по гармонии кадры.

— Я изучила множество японских и китайских свитков — не подлинных, конечно, а заснятых на пленку. В них много снега.

— Все время говорят, что Евтеева работает на стыке анимации и игрового кино. Но в мультипликации пять минут могут стать вечностью. А вы снимаете часовую картину.

— Я как Маугли. Не страдаю по поводу того, кто я. У меня своя технология. Я — не аниматор в классическом понимании. Даже книгу написала про взаимодействие киновидов. Свет, цвет, пятно можно с разной мерой условности использовать, от натурного изображения до карандашного и живописного. В анимации должна быть особая драматургия, а материал обязательно соответствовать замыслу. Если Гарри Бардин делает «Выкрутасы» из проволоки, а «Адажио» из бумаги, то сам материал работает на идею. Фотографируешь ты, лепишь из глины, работаешь с мрамором — всюду помимо идеи важен материал. Я спрашиваю своих студентов: «Что такое материал кинематографа?». Ух! Они мне все время говорят, что это идея. Трудно добиться ответа, что это фиксированное изображение.

— Вы начинаете с того, что снимаете живых актеров, и это что-то вроде предфильма?

— «Арвентур» снимался 10—12 дней. Что-то без декораций, на фоне ширмы, отдельно снимали предметы с актером. Впервые я работала не с пленкой, а электронным носителем. И уже не шарахалась, как на «Маленьких трагедиях», когда приходилось беречь пленку и снимать все с одного дубля. Технологический процесс был муторный и съедал много денег. А сейчас я могу дубли отбирать уже во время съемки. Главное, чтобы мне удобно было потом рисовать.

— От артиста что-то особенное требуется или он работает как в игровом кино?

— Я всегда как мультипликатор подсказываю, где статика, где движение, постоянно комментирую: встал, пошел, посмотрел. Руковожу мизансценой по ритмике. Некоторые актеры ее очень легко чувствуют.

— Владимир Кошевой в первой новелле похож на Грина.

— Скоро он станет похож на Хлебникова. Я же сделала серию рисунков, прежде чем приступить к съемкам. Володя их изучал. Он снимался у меня в небольшом эпизоде в роли герцога в «Маленьких трагедиях». Мне понравилось с ним работать.

— Сколько времени потребовалось на создание «Арвентура»?

— Начали в конце 2011 года, сняли заготовки. Все быстро произошло. Представьте, что один человек столько прорисовал. Если бы я работала как раньше, понадобилось бы лет шесть.

— А как достигается эффект мерцания на экране?

— Лампочками работаю, делаю световую прорисовку.

— Откуда все взялось в гуманитарном человеке?

— Я — самоучка. Все началось с микроскопа, в котором при помощи лампочки подсвечивались молекулы. Мне так это понравилось еще в любительской студии, что захотелось светом рисовать. Потом у меня сорок лампочек появилось. Все играю в игрушечки.

Светлана Хохрякова. «Московский комсомолец». — 22.06.2015. — № 26839

Главная Новости Обратная связь Ссылки

© 2018 Александр Грин.
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.
При разработки использовались мотивы живописи З.И. Филиппова.