Ю. Царькова. «Дорога к алым парусам»

Весьма трудно припомнить возникновение замысла. <...> После более или менее значительного промежутка времени <...> меж автором и сценой его души опускается занавес.

А. Грин.1

«Алые паруса» одно из самых известных произведений Александра Грина. Впервые отдельным изданием феерия была опубликована в 1923 году2, однако первоначальный замысел «Алых парусов» возник уже в 1916—17 гг. История замысла феерии достаточно сложна: это первая попытка Грина написать крупное эпическое произведение. Цель не была достигнута, но именно, начиная с 1917-го года, во время работы писателя над «Алыми парусами» формируется большинство основных мотивов дальнейшего творчества Грина, зарождаются сюжеты и темы, которые будут воплощены писателем в последующих романах и рассказах. «Алые паруса» стали отправной точкой для создания писателем романа «Блистающий мир» (1923), здесь же впервые появляется мотив «импульса», мотив движения и поиска Несбывшегося, который Грин разовьет в романе «Бегущая по волнам» (1927), впервые появляется мотив завораживающего танца фанданго (рас. «Фанданго» (1927)). При всей популярности и известности феерии история её создания до сих пор не стала предметом отдельного исследования, не были систематизированы и черновые записи писателя, относящиеся к времени создания «Алых парусов». Это и стало целью настоящей публикации.

С мая 1912 года Грин практически постоянно живет в Петрограде. Писатель восстанавливает старые литературные связи: вновь, как и до ссылки, Грина стали видеть в компании Куприна, налаживает новые. В это время он много печатается: до 1919 года выходит 9 сборников рассказов Грина, около 350-ти рассказов в периодических изданиях. В 1913 году издательство «Прометей» начинает издавать трехтомное собрание сочинений Грина. В конце 1916 года за непочтительный отзыв о царе писатель был выслан из Петрограда в Лоунатйоки. Февральская революция застала его там. Поезда уже не ходили, и он пешком отправился в Петроград.

Упоминания о «Феерии» появляются в черновиках Грина уже в 1917 году. В одной из черновых тетрадей писателя, заметки которой можно отнести к концу 1917-го года3, Грин приводит список тех произведений, которые хотел бы написать, среди них и «Алые паруса»:

«Обязательно написать:

[Стреляющие прически]4

Алые паруса

Гости. Трагедия.

[Вокруг света — пьеса в 4-х актах]

Летающий человек»5

В этой же тетради, но несколькими листами позже, Грин оставляет запись небольшого плана будущего произведения:

«Красные паруса

1. Встреча с девочкой. (Зурбаган) Отец умирает.

2. (1) Описание бордингауза, жизни в нем, хозяйки и <Агаты>6 и постояльцев.

3. Описание конкур.<ентов?> бордингауза — его владельцы, <нрзб.> её и причин»7.

В это время писатель, видимо, впервые обращается к крупной форме: пытается написать роман. Об этом можно судить по обширным черновым записям, основным мотивом которых, первоначально становится мотив творчества, писательства. Так, развернутый план «Красных парусов», большей частью посвящен теме творчества. Это должен был быть роман, состоящий из двух книг. Первая — затрагивает проблемы психологии творчества: игрушка в окне магазина становится импульсом для написания героем истории об Ассоль и Грэе. Во второй книге Грин обозначает проблему восприятия, ассоциаций и рассказывает историю Ассоль.

«Красные Паруса

Книга 1-я. Описание внутренней жизни героя. Окно с игрушками. Редакция. Ощущение себя одиноким в мире действительности и стремление соединения с нею единственно доступным путем — творчества, — толчок к нему. Промежуточное состояние: мысли о писательстве, книге, жизни в книгах, <судьбы> книги и силе влияния слова. Ожидание прихода любовницы и боязнь не додумать, что написать. Свидание. Хлопоты по хозяйству. <Блокнот> Обрывки рукописей. Временное бессилие. Боязнь слова. I-я глава повести; как она возникла и все о самом замысле в подробностях, рисующих полубессознательную <психологическую> технику. Внешние условия благополучной работы. Раздумье. Воспоминание об игрушке в окне — импульс.

Книга 2-я. Как текла жизнь. <Нрзб.> в образах. Внешнее сравнение с <нрзб.> <нрзб.> существование. <Уменье> и наслажденье смотреть. Глаз бессознательно отбрасывает лишнее; делая из видимого ряд совершенных картин. В одну из прогулок зрительные ассоциации <увлекают> к разгадке положения, бывшего неясным. Совмещение тончайших переживаний с насыщением, беспорядочность покупок. Возвращение домой и — <три> (в стране грез) — до того места, где Ассоль овладевает мыслями Воланстена. Возвращение из этой страны (<нрзб.> музыка) мысли о ней и шифр мелодий»8.

В 1917—18 гг. работа над произведением, в принципе, и развивалась в рамках этого плана. Сохранившиеся записи дают возможность достаточно полно представить себе эволюцию замысла.

Первоначально роман назывался «Красные паруса»9, действие развивалось в революционном Петрограде. Если Февральскую революцию Грин принял с восторгом, то ближе к Октябрю настроения писателя меняются, его настораживают новые перемены: «грозная живая жизнь кипела вокруг, сливая свою героическую мелодию с взволнованными голосами души, внимающей ярко озаренному будущему»10. Грин предчувствует «трагедию-орхидею» среди «черных роз и жестких бессмертников».

Петроград «Красных парусов» — это разрушенный, холодный, измученный переменами город:

«Иногда завеса, раскрывшись, показывала малолюдную улицу, с её прохожими, внутренне разоренными революцией. Это разорение можно было подметить в лицах даже красногвардейцев, шагавших торопливо с ружьями за спиной, к неведомым землям.<...> Перед мостом он увидал горы снега, высокие, как для катанья. Длинный деревенского типа обоз поворачивал к Седьмой линии. На той стороне речки туманно выступали умолкшие дворцы. Нева казалась пустыней, мертвым простором города, покинутого жизнью и солнцем. <...> в атмосфере грозной подавленности, спустившейся на знакомый, но, теперь, — чужой город было нечто предвосхищенное»11.

От восторженного восприятия революции не остается и следа. Разочаровавшись в событиях Октября и ощутив, что цвет парусов независимо от авторского замысла несет в себе резкую политическую направленность, Грин оговаривает в черновиках «неполитическое» значение цвета парусов:

«Надо оговориться, что, любя красный цвет, я исключаю из моего цветного пристрастия его политическое, вернее — сектантское значение. Цвет вина, роз, зари, рубина, здоровых губ, крови и маленьких мандаринов, кожица которых так обольстительно пахнет острым летучим маслом, цвет этот — в многочисленных оттенках своих — всегда весел и точен. К нему не пристанут лживые или неопределенные толкования. Вызываемое им чувство радости сродни полному дыханию среди пышного сада»12.

Главным героем «Красных парусов» 1917—18 гг. можно назвать некоего безымянного героя-рассказчика13. Это человек творческой профессии, очевидно писатель. Именно он на страницах так и не состоявшегося романа рассуждает о творчестве, о тонкостях восприятия и особенностях возникновения замысла художественного произведения. Один из отрывков чернового наброска Грина к «Красным парусам», который, по-видимому, должен был служить началом к роману, начинается словами «...Сочинительство всегда было моей внешней профессией». Благодаря необъяснимому «солнечному эффекту» герой «увидел морской парус красным, почти алым». Именно в тот момент началась его незримая работа над еще неизвестным ему самому произведением: цепь зрительных ассоциаций сложилась в некий общий «сюжет».

«Приближение, возвещение радости — вот первое, что я представил себе. Необычная форма возвещения указывала тем самым на необычные обстоятельства, в которых должно было свершиться нечто решительное. Это решительное вытекало, разумеется, из некоего длительного несчастья или ожидания, разрешаемого кораблем с красными парусами. Идея любовной материнской судьбы напрашивалась здесь, само собой. Кроме того, нарочитость красных парусов, их, по-видимому, заранее кем-то обдуманная окраска приближала меня к мысли о желании изменить естественный ход действительности согласно мечте или замыслу, пока еще неизвестному»14.

Герой делится своими впечатлениями, вызванными «солнечным эффектом», с Мас-Туэлем.

Мас-Туэль заслуживает не меньшего внимания, чем сам герой-рассказчик. Это человек, обладающий фантастической способностью, — умением летать. Не испытывая проблем с передвижением, он бывает всюду и «видит то, что мы никогда не увидим». Оказывается, что «некоторые очертания неясной теме», которой поделился с Мас-Туэлем герой, уже «даны фактами»: Мас-Туэль рассказывает герою историю Ассоль. Самого текста рассказа Мас-Туэля в черновиках Грина не сохранилось, а, может быть, его и вовсе не было. Однако из черновых записей следует, что Мас-Туэль рассказал герою историю о девочке, с которой пошутил сказочник, подарив ей мечту. На момент рассказа финал истории не известен даже всезнающему Мас-Туэлю, по его словам, «действительность идет <...> на встречу» герою15.

Проходит время, герой забывает о «солнечном эффекте» и вызванных им ассоциациях, забывает и историю Ассоль. Он однажды, гуляя, он останавливается у магазина игрушек, в витрине которого «выделялся отлично смастеренный бот с правильно сидящим красным крылообразным парусом». Бот с красным парусом в витрине магазина актуализирует прежние впечатления, напоминает об Ассоль. Теперь герой увлечен мыслью узнать дальнейшую судьбу Ассоль, «вмешаться в эту историю», как бы «написать её». Как развивались дальнейшие события романа, к сожалению, узнать не удается, черновые записи этого периода заканчиваются попыткой героя разыскать Мас-Туэля, который мог бы сообщить дальнейшую судьбу Ассоль.

На основе черновых записей, проанализированных выше, можно сделать следующие выводы, важные для реконструкции замысла писателя: в конце 1917 года Грин увлечен идеей написания романа о творчестве, но в ходе работы над ним разрабатывает две сюжетные линии, которые в дальнейшем обретут самостоятельность. Это история Ассоль и Грэя и сюжет, связанный с летающим человеком.

Основным мотивом «Красных парусов» становится мотив солнца. Воздействие солнца, «солнечный эффект» является перерождающим и для героя-рассказчика, и для Мас-Туэля. Будучи четырнадцатилетним мальчиком Мас-Туэль решил встретить восход солнца в море. Ослепительное действие настолько завораживает Мас-Туэля, что им всецело овладевает желание подняться к солнцу. Силой желания он обретает дар легкости и поднимается в небо. Творчество и полет в понимании Грина намеренно сближаются16. С солнечной символикой связано и имя героини — Ассоль — от испанского «al sol» — «к солнцу», в котором заложена сема стремления. В черновых вариантах после 1920-го года мотив солнца и стремления к нему будет подчеркнут и эпиграфом из Овидия:

Самый лик бога красен,
когда поднимается он
из земли, но чисто солнце в вершине неба:
чище там воздух; далёк он от вредных испарений земли.

Овидий Метаморфозы.

В последствии писатель откажется от эпиграфа, а мотив солнца в основном тексте будет связан большей частью с Ассоль.

На рубеже 1917—18 гг., увлеченный сюжетом об Ассоль и Грэе, темой полета и мыслью написать «Феерию»17, Грин пытается соединить все замыслы воедино. В это же время он делает следующие записи:

«К «Феерии»

<Хин> берет её на воздух, она думает, что это сон.

Из окна в окно.

<Нрзб.> бросается с плота в воду, увидев полет. <...>

Хин сначала плакал (матрос)

<Арестуют> Он <уронил> что-нибудь ночью во двор, опустился схвачен.

Воздушные дворцы

<Пир> на воздухе

Икар.

Ведьмы.

Не раз изобрет.<татель> останавливался, но Икар снова толкал его.

Министр: полный застой.

Аэроплан не освобождает.

Воздух: места без притяжения, очаги электричества, кислородные пласты, разреженности. Эффекты неба»18.

Название изменено на «Феерию», но в тексте записей встречается имя, знакомое по черновым записям Грина к «Красным парусам» — Хин. Однако большая часть этих записей становится разработкой писателя к будущему роману «Блистающий мир": воображение Грина захватывает тема свободного полета, он начинает делать записи к новому роману.

Летом 1919 года Грин был мобилизован и прослужил в армии девять месяцев. Вернулся в Петербург в марте 1920 больным и измученным. Два месяца Грин скитался по петербургским знакомым, а в мае 1920, благодаря Горькому, поселился в Доме Искусств.

Продолжение работы над «Алыми парусами» относится к середине 1920 года. Черновые записи, сделанные Грином в 1920—21 гг., представляют собой сложившийся сюжет в знакомом читателям виде. Дальнейшая правка была уже большей частью текстологической.

Работа над феерией была завершена к концу 1921 — началу 1922 года. В мае 1922 года в газете «Вечерний телеграф» была опубликована глава «Грэй». Отдельным изданием феерия вышла в 1923 году в издательстве Френкеля. С 1923 года «Алые паруса» переиздавались более ста раз, были переведены на большинство европейских языков.

Примечания

Статья опубликована: Приложение к газете «Первое сентября». Литература, 2002. № 31 (454) (16—22 августа 2002 г.). С. 2—3.

1. Грин А. «...Сочинительство всегда было внешней моей профессией» // Грин А. Собр. соч. в 6-ти т. Т. 3. М., 1965. С. 429.

2. В посвящении своей жене — Нине Николаевне Грин — Александр Степанович ставит дату — 23 ноября 1922 года. Её можно считать условной датой окончания, однако не стоит забывать о том, что Грин придавал большое значение числу «23», поэтому мог поставить эту дату из суеверия.

3. РГАЛИ. Ф. 127. Оп. 1. Е. х. 9. Л. 80—87. В этой тетради Грин составляет список рассказов, отданных им в различные журналы и газеты, но не вошедшие в сборники: он указывает название рассказа, место, номер и год публикации. Рядом с одним из рассказов Грин подписывает «долж. быть в 1917 г., а может — перенесут на 18-й» (курсив мой — Ю.Ц.). Эта подпись дает возможность предположить, что заметки в тетради сделаны писателем не позднее конца 1917-го года.

4. В квадратных скобках — зачеркнутое Грином, в угловых — то, что сложно разобрать, жирным шрифтом — то, что вписано автором; подчеркивания сохранены из записей писателя.

5. РГАЛИ. Ф. 127. Оп. 1. Е. х. 9. Л. 83.

6. «Первое» имя Ассоль. Имя написано неразборчиво, возможно героиню звали <Аюта>.

7. РГАЛИ. Ф. 127. Оп. 1. Е. х. 9. Л. 89.

8. РГАЛИ. Ф. 127. Оп. 1. Е. х. 2. Л. 8.

9. Точно определить, когда паруса были «красными», а когда «алыми», практически невозможно: писатель использует оба определения захватившего его воображение цвета достаточно непоследовательно. Так, в плане «Обязательно написать» (конец 1917 г.) Грин уже называет паруса «алыми», затем в заглавии плана романа пишет «красные». Последовательная правка («красных» парусов на «алые»), видимо, была им проведена только в 1921 году (см.: РГАЛИ Ф. 127. Оп. 1. Е. х. 2).

10. Маятник души // Литературное наследство. Т. 74. М., 1965. С. 658.

11. РГАЛИ. Ф. 127. Оп. 1. Е. х. 1. Л. 4—4 об.

12. РГАЛИ. Ф. 127. Оп. 1. Е. х. 1.

13. Первоначально Грин начинал писать романа от третьего лица: героя звали Де-Лом, однако позже он последовательно вычеркивает это имя и пишет от первого лица.

14. РГАЛИ. Ф. 127. Оп. 1. Е. х. 1.

15. Предвидение героем-рассказчиком особого значения в его судьбе алых парусов напоминает ощущения Гарвея (героя романа Грина «Бегущая по волнам»), после услышанного им шепота во время карточной игры и при виде корабля «Бегущая по волнам». Импульс, заданный «солнечным эффектом», раскрывает для героя рассказчика дорогу к Несбывшемуся.

16. В романе «Блистающий мир» Друд, объясняя директору цирка свою необычную способность, тоже сравнивает ее с творчеством.

17. Само слово «феерия» было для писателя необъяснимо притягательным. В 1917 году Грин начинает писать новый роман именно под таким названием. Его герой — молодой человек Колен, который ищет работу. Роман так и не был закончен, однако в том же году под заголовком «Феерия» Грин записывает план нового романа. Этот план станет основой для романа «Блистающий мир».

18. РГАЛИ. Ф. 127. Оп. 1. Е. х. 9. Л. 84 об.

Главная Новости Обратная связь Ссылки

© 2018 Александр Грин.
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.
При разработки использовались мотивы живописи З.И. Филиппова.