Предисловие

Яне в силах представить читателям Александра Степановича Грина в едином, выпуклом образе. Для этого у меня не хватает изобразительных средств. Надо быть крупным художником, чтобы нарисовать его противоречивый и крайне сложный облик. Но странно, что и сам он не смог или не захотел изобразить себя целиком в каком-либо из своих произведений.

Александр Степанович обладал прекрасным свойством: он превосходно отличал добро от зла или, вернее, безошибочно чувствовал, что хорошо и что дурно. Кроме того, он хорошо знал самого себя и был с собой искренен. Выявить себя целиком он не захотел, но говаривал, что его можно узнать, вчитываясь в его произведения. Это верно, хотя и не до конца. Грин только частично выявлял свои мысли, чувства и поступки в лице своих героев. И можно, мне кажется, безошибочно узнать, когда, рассказывая будто бы о своих героях, Александр Степанович говорит о себе; это чувствуется по особой твердой и честной интонации. Но в большинстве случаев он изображает только либо положительную, либо отрицательную сторону своего «я». Одинаково ошибутся как те читатели, которые примут Грина за Галиена Марка из «Возвращенного ада»1 или за Грэя из «Алых парусов»2, так и те, кто сочтет его только за Гинча, Пик-Мика или Ван-Конета.3 Черты характера этих героев были одинаково присущи Александру Степановичу. Иногда он изображает себя в одном и том же произведении в лице двух или даже трех героев, например, в «Золотой цепи»4 или в «Дороге никуда».5

Одной из причин, побудивших меня написать предлагаемую небольшую работу, было желание дать точную канву жизни моего первого мужа Александра Степановича Гриневского, то есть писателя А.С. Грина, потому что обычно в статьях о нем встречаются ошибки.

Эта канва составлялась следующим образом. Во время нашей совместной жизни Александр Степанович любил иногда, особенно по вечерам, вспомнить свое прошлое. Он рассказывал о себе подробно, очень серьезно и искренне. Изредка воспоминания повторялись, но всегда с прежними подробностями, что свидетельствовало об их правдивости. Говорю это не потому, что считаю возможным подозревать его в умышленной лжи. Но зная, что Грин как писатель с огромным воображением, во власти которого нередко находился, мог совершенно бессознательно прибавить к были небылицу, которая мгновенно, с яркостью почти реального видения, возникала в его воображении. Но в тихие интимные часы воображение как будто не имело власти над ним.

Много лет спустя после того, как мы расстались, и Грин со своей второй женой Ниной Николаевной уехали в Крым6, я записала канву его биографии. В ней оказались пробелы: то я не помнила года, то чьего-нибудь имени. Чтобы исправить эти недостатки, я составила целый список вопросов. В 1927 году Александр Степанович с Ниной Николаевной приехали по делам в Ленинград и пришли навестить меня. Я предложила Грину просмотреть составленный мною список вопросов, касавшихся его биографии. Отвечая на них, Александр Степанович с видимым удовольствием вновь погрузился в воспоминания.

Вскоре Грины вновь вернулись в Крым, а я, записав все дополнения, послала Александру Степановичу тетрадь с записями7 для проверки. Он просмотрел, кое-что добавил и вернул тетрадку мне. Эта тетрадь и дала мне материал для описания первых двадцати шести лет жизни Грина, то есть до начала нашей с ним близости.

Возможно, что невольный пересмотр собственной жизни дал ему толчок к написанию «Автобиографической повести».8 Но «Повесть» — беллетристическое произведение, а не документ для биографов. В ней к подлинным фактам прибавлено немало и вымышленных. Названы, например, фамилии лиц и имена судов, относительно которых в изустных воспоминаниях Грин говорил, что не помнит их.

Те события, которые происходили во время нашей совместной с ним жизни, я изложила в нескольких главах по памяти. Всё дальнейшее я знаю из разговоров с Александром Степановичем, с которым мы часто виделись, или же, после того, как Грины переехали в Крым, — из их писем ко мне оттуда; письма эти сохранились.9

Второй причиной, заставившей меня написать воспоминания, было желание объяснить возникновение некоторых произведений Грина, указывая на события и лица, которые породили те или иные его рассказы.

И, наконец, третьим двигающим побуждением было чувство долга. В первые годы нашей совместной жизни Александр Степанович давал мне не только много нежности, но умел и поэтизировать нашу любовь. Всё доброе, что я видела от него, твердо запечатлелось в душе и вызывает к нему чувство теплой благодарности. Оно-то и заставляет меня послужить памяти Грина, сообщая верные сведения о его жизни и творчестве.

Для того, чтобы более или менее беспристрастно изобразить Александра Степановича, я попробую рассказать те факты из его жизни, которые мне хорошо известны, и попутно привести те высказывания Грина о самом себе, какие приведены в его произведениях.

Примечания

1. ...из «Возвращенного ада»... — Рассказ. Впервые опубл.: Современный мир, 1915, № 12. С. 17—44.

2. ...из «Алых парусов»... — Впервые книга напечатана: М.; Пг.: Френкель, 1923.

3. ...сочтет его только за Гинча, Пик-Мика или Ван-Конета. — Имеются в виду герои произведений Грина: рассказы «Приключения Гинча» и «Наследство Пик-Мика», роман «Дорога никуда» (Ван-Конет).

4. ...в «Золотой цепи»... — Роман. Впервые опубл.: Новый мир, 1925, № 8—11.

5. ...в «Дороге никуда». — Впервые книга издана: М.: Федерация, 1930.

6. ...со своей второй женой Ниной Николаевной уехали в Крым... — Расставшись в 1913 г. с В.П. Калицкой, Грин весной 1921 г. женился на Н.Н. Коротковой. В мае 1924 г. они переехали из Ленинграда в Крым (Феодосия).

7. ...тетрадь с записями... — Имеются в виду «Материалы для биографии А.С. Грина (Александра Степановича Гриневского)». Тетрадь хранится в фондах ФЛММГ.

8. ...к написанию «Автобиографической повести»... — Впервые отдельной книгой напечатана: Л.: Изд-во писателей в Ленинграде, 1932.

9. ...письма эти сохранились. — Основная часть переписки Гринов с В.П. Калицкой хранится в РГАЛИ. Отдельные письма находятся в фондах ФЛММГ.

Главная Новости Обратная связь Ссылки

© 2018 Александр Грин.
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.
При разработки использовались мотивы живописи З.И. Филиппова.